Сиротинина Мария

Про таких девочек, как Маша Сиротинина, обычно говорят — «с характером». Бойкая, яркая, целеустремлённая — она всегда была открыта новому: занималась в музыкальной школе, ходила на кружок кройки и шитья. Но главным увлечением Маши был спорт! Художественная гимнастика, байдарки, прыжки в воду — она пробовала всё. И это при том, что сама Маша даже не умела плавать! Но её это не останавливало: прыгнет, за палку зацепится или за верёвку, и тренер достанет её из воды.

Однажды на соревнованиях у брата Маша увидела, как девочки занимаются рукопашным боем, и загорелась. «Папа отговаривал, сказал, что я там пяткой в глаз получу, но я решила, что всё равно пойду», — вспоминает она с озорной улыбкой.

Такой она всегда была. Упрямая, настойчивая, готовая пробовать и добиваться. Именно эти качества сегодня помогают Маше в борьбе за каждое новое движение. Ведь с сентября 2025 года она прикована к инвалидной коляске.

Тот солнечный осенний день 12-летняя девочка гуляла с друзьями на берегу водохранилища в родном Воронеже. Дети веселились, играли и лазали по деревьям — обычное дело для тёплого сентября. Спортивная и крепкая Маша даже не сомневалась, что с лёгкостью заберётся на ветку и повиснет, как она сама шутила, «ленивцем». Но безобидная детская шалость обернулась трагедией: ветка обломилась.

Маша упала на землю и закричала. Случайные прохожие вызвали ребёнку скорую, а один из мужчин взял Машин телефон и позвонил её маме. Девочка лежала на земле и смотрела, как вокруг суетятся люди: мама, прохожие, врачи и даже полиция. Медики спрашивали, где она чувствует боль. Но боли не было. Маша вообще ничего не чувствовала.

В больнице подтвердилось самое страшное: перелом шейного позвонка с повреждением спинного мозга. Девочка потеряла чувствительность и движение ниже места травмы. Пять дней до операции Маша лежала неподвижно на спине — её нельзя было переворачивать, даже чуть-чуть двигать. На спине так и остались листья, прилипшие к одежде после падения на землю. Но самое страшное – появилась жуткая боль в шее, которая не давала девочке спать.

Первую операцию провели в Воронеже — приглашённый нейрохирург из Москвы установил конструкцию для стабилизации позвонка. Но после вмешательства у Маши началась сильная температура, которая держалась почти месяц, несмотря на антибиотики. Родители дежурили в больнице без остановки, каждый час протирая дочь прохладной водой, чтобы хоть как-то сбить жар. Оказалось, что конструкция была установлена ненадёжно — организм ребёнка буквально сражался с инфекцией.

Улучшение наступило только после госпитализации в клинику Рошаля в Москве. Именно там врачи сделали новое открытие: старую конструкцию нужно срочно менять, иначе она может разрушить соседний позвонок. Родители не хотели снова мучить дочь операцией, но понимали: если не сделать это сейчас, последствия будут необратимыми. 9 февраля 2026 года Маше провели повторную операцию, а в мае — ещё одну, чтобы окончательно закрепить позвонок. И тогда наконец-то произошли первые серьёзные улучшения — Маша буквально расцвела.

С тех пор в жизни девочки началась череда реабилитаций. И за этот небольшой промежуток появились серьёзные улучшения: у неё начала возвращаться чувствительность — она ощущает прикосновения ниже места травмы. Руки стали подвижнее, чувствительность в ладонях постепенно восстанавливается. Маша может сама поворачиваться с бока на бок, сидеть в коляске по 6-8 часов, манипулировать крупными предметами. Но до полного восстановления ещё далеко.

«Она у нас упёртая, — говорит мама девочки, Алла. — С таким упорством и восстановится, мы уверены».

Машу окружают те, кто верит в неё до конца. Папа Роман взял на себя главную роль в реабилитации дочери — он отпрашивался с работы и ездил с ней в каждый центр. «Машу нужно было пересаживать не меньше десяти раз в день, — вспоминает он. — Жена так не смогла бы носить её на руках, женщине это тяжело». Старший брат Иван тоже всегда рядом, а подружка с кружка по вышиванию регулярно навещает Машу, чтобы просто поболтать. Даже те ребята, которые были с ней в день падения, до сих пор пишут и спрашивают, как дела.

Но семья не справляется одна. Алла и Роман никогда ни у кого не просили помощи. Оба работают, доход средний для Воронежа — этого хватает на жизнь, но не на реабилитацию, которая стоит сотни тысяч рублей. А сейчас — самое важное время. Время, когда нельзя останавливаться.

«Жаль, конечно, что своими силами мы всё это не осилим. Никогда ни у кого не просили помощи, а теперь приходится. Ради ребёнка можно на всё пойти. Пожалуйста, помогите нам в оплате курса реабилитации в центре «Преодоление». Мы верим, что интенсивные занятия со специалистами помогут дочке восстановиться и снова зажить обычной жизнью!» – пишут нам родители Марии, Алла и Роман.